Однажды старый колдун вуду сидел у входа в свою хижину, погрузившись в ритуальный священнодейственный транс. Точнее будет сказать, что сидело на входе в хижину одно только тело, а дух бродил по запутанным лабиринтам времен и пространств. Это был ничем не примечательный день. Не равноденствие. Не солнцестояние. И даже не день разворота звезды Мбале вокруг своей оси, хотя уж кто-кто, а звезда Мбале крутится вокруг своей оси, как заведенная: каждую пятую ночь стабильно, а иногда даже и две ночи подряд.

Среди других колдунов принято было считать, что в такие дни струны природы звучат звонче, просьбы духов предков - сформулированней; а сами они - колдуны - прибавляют магических сил на 15-20 процентов, в зависимости от того, поесть на ночь глядя шелухи от ореха тако-тако, или нет. "Они вечно ищут причины где-то вовне, - отзывался старый колдун на всю эту кутерьму, - от звезды Мбале нет никакого проку, просто чокнутая звезда вот и всё".

Он был не то, что самонадеян или тщеславен, он даже допускал, что полная луна, непоседливые звезды или тропические ливни могут на кого-то влиять. Просто цепляться за метеорологию в волшебстве - это как,знаете, дети, если учить их писать. Они пишут "мама" и сами же себе громко диктуют по слогам: "Ма-ма". Потом шепотом. Потом одними губами. Пока слова не освоятся внутри.

Это был очень мудрый и сильный колдун. Он был знаком с Христом, Мохаммедом и Буддой. Христос и Мохаммед были родом из пустыни. Они не умели различать пенье птиц в чаще, потому что плохо представляли, что такое чаща. Они жили там, где мало воды, мало еды и много людей. Колдун не знал, о чем с ними говорить. Он рассказал им о паре способов стремительного залечивания ран, научил возвращать зрение слепцам и приручать львов. Они же рассказали ему, как отыскать добро в каждом живущем на свете человеке.

"Ты относишься к людям, как будто они - бабочки, изучаешь их недостатки так подробно, - говорил Христос, - следует же вначале услышать равномерный гул их намерений, ибо все они стремятся к добродетели"
"Я слишком стар, чтобы меняться", - отвечал колдун.

Будда ничему не обучил его. Он флегматично сидел под деревом, разглядывая свисающую лиану. Небо порозовело, начался закат. Будда стал смотреть на закат.